«Не думаю, что в ЖКХ копали настолько глубоко»

В конце 2025 года министерство ЖКХ Беларуси выступило с инициативой: при ввозе в Беларусь одежды и обуви, бывшей в употреблении, взимать утильсбор — 720 и 180 рублей соответственно, за каждую тонну вещей.

Нововведения, говорится в проекте, должны начать действовать уже с 1 апреля 2026 года.

Для чего и кому это нужно? Разбираемся подробнее.

«Способствовать формированию культуры ответственного производства»

Ведомство заявило, что дело в заботе об экологии, а заодно экономике. Потому что «экспорт в другие страны поддержанных товаров является отчасти скрытым перенаправлением отходов».

По версии чиновников, люди покупают больше, чем нужно, дешевой одежды б/у, быстро ее выбрасывают и множат отходы — плюс 130 тысяч тонн текстиля каждый год. И кто-то же должен платить за его утилизацию, так почему не импортеры секонда? К тому же это «будет способствовать формированию культуры ответственного производства и потребления».

Концерн «Беллегпром», который давно точит зуб на секонды, идею горячо поддержал. И добавил, что в нашу страну ежегодно ввозятся б/у одежды и обуви на сумму порядка $60-80 миллионов. А потом эти вещи расходятся по соответствующим магазинам и продаются беларусам, занимая целую треть в общем объеме продаж.

Концерн потребовал взимать сбор по 10 и 15 тысяч рублей за бывший в употреблении текстиль и обувь. Министерство ЖКХ заявило, что это «будет противоречить проводимой работе по сдерживанию роста цен» и урезало аппетиты до 180 и 720 рублей за тонну. По подсчетам ведомства, на первом этапе это не сильно отразится на рознице — цены подрастут на 0,6-2,1%.

Беларусы, впрочем, инициативе все равно не обрадовались. В общественном обсуждении на правовом интернет-портале было высказано 25 комментариев «против» — и ни одного «за». Для людей с низкими доходами подорожание секонд-хенда — ощутимая статья расходов, переработчики заявили о том, что будут вынуждены сокращать производство (и рабочие места). Также звучали аргументы о том, что повторное использование б/у вещей продлевает срок их использования и сокращает отходы — то есть, как раз про устойчивое потребление и заботу об экологии.

«Не забирайте у нас возможность одеваться модно и доступно!», «Тогда нужно ввести сбор для всех, включая маркетплейсы», «Лучше обложите этим налогом некачественный китайский и турецкий ширпотреб» — просили люди в комментариях.

Но чиновники их аргументы просто отмели.

«Все по углам разбирают «добычу»

«Салідарнасць» поинтересовалась у беларусов, как новый сбор и ожидаемый рост цен в секонд-хенде повлияет на их выбор.

— Абсолютно и стопроцентно уверена: весь утильсбор ляжет на плечи покупателей секондов, — вздыхает минчанка Оксана. — Закупщики просто перестрахуют свои риски и поднимут цены. Но даже в этом случае секонд-хенд останется выгоднее, разнообразнее (и качественнее!), чем магазины с беларуской одеждой. С отечественным разве что на очень хорошие скидки попадешь, и то это должна быть цепочка везения: скидки, нужная вещь, хороший состав и еще, совершенно случайно, твой размер…

Конечно, и в секондах бывают дорогие вещи. Если в новый привоз вещи стоят 78,8 рубля за килограмм, а это зима и ты приходишь за теплой кофтой или курткой, которая весит 500-900 граммов — это недешево. Но потом, насколько я помню, цены почти каждый день снижаются.

В дни максимальных скидок (в сети, куда я чаще всего заглядываю — это 2 рубля за вещь) за полчаса до открытия толпы человек 30-40. Это реально «Голодные игры»: толпа втискивается — и после нее пустые вешалки, все по углам разбирают «добычу». Моя сестра так умеет находить себе очень стильные вещи: пальто, куртки, джинсы.

Коль скоро цены поднимутся — лично я буду заходить реже.

Жительница райцентра Нелли категорична:

— Все равно пойду в секонд! С качеством и стоимостью беларуской одежды, даже если вдвое секонд подорожает, это будет выгоднее, чем в наших крамах. Я в «МодаМакс» купила себе джинсы за 7 рублей и мужу за 10 — хорошие, с минимальным износом, сидят отлично. И майки, которые носятся месяцами, без перекрученных швов после первой же стирки. А если и в секонде не найдешь нужного, выручат маркетплейсы.

Да, долго, нужно копаться, ждать, по шесть возвратов делать, но такая у нас реальность. Где вы еще кроссовки, пусть и в конце зимы по акции, за 20 рублей видели?

Минчанин Павел добавляет, что лично он не большой поклонник магазинов б/у одежды, но польза их несомненна:

— Моя старшая дочь росла, когда у нас «советских» детских магазинов почти не осталось, а «Буслік» и иже с ним только пришли на рынок. И я отлично помню, что детские одежки стоили бешеных денег, а нужны были совсем ненадолго. Когда сестра жены привезла из немецкого секонд-хенда малой кучу вещей к школе, да еще и нарядное платье, и призналась, сколько это стоило, был в шоке — в Минске вышло бы полторы моих зарплаты…

Да и сейчас я знаю от многодетных знакомых, что секонд-хенды — настоящее спасение. Там  детские вещи бывают настолько хорошими, что не раз передаются по кругу, и потом еще уходят нуждающимся через благотворительный проект «Калі ласка». Беларуское производство, за редким исключением, столько не живет.

«Бессмысленно с экологической точки зрения»

С тем, кому выгоден утильсбор, чтобы сделать б/у вещи менее привлекательными для покупателей, более или менее понятно. Но, может, в идее скрыт глубокий экологический смысл?

— Если кратко пояснять, что такое утильсбор — это расширенный принцип ответственности производителя, когда в цену товара закладываются затраты на его утилизацию, — комментирует «Салідарнасці» эколог, экспертка Альянса «Зеленая Беларусь» Анна Скриган. — То есть, классический утильсбор заложен уже при покупке товара.

Есть разные схемы. Например, если мы говорим о возвратной таре — вы платите за напиток чуть больше, а потом можете сдать тару, и вам эти деньги возвращаются назад. Есть утильсбор для машин — при постановке нового автомобиля на учет вы платите и его.

Рассуждая логически, при покупке новой вещи, предмета одежды или обуви, в цену также нужно было бы закладывать утильсбор. А вот при покупке старой вещи это выглядит странно.

Что еще смущает в этой инициативе — то, что речь идет о вещах, которые перемещаются через границу. И это действительно выглядит больше как налог на импорт.

В Европейском союзе, напоминает экспертка, действует запрет на выброс на свалки текстильных отходов и одежды: это все подвергается переработке. (А с середины 2026 года крупным ритейлерам запретят уничтожать и новую  непроданную одежду, обувь и аксессуары — С.)

Единственное, в чем эколог видит логику в планах министерства ЖКХ — что предложенный утильсбор на самом деле является платой за провоз через границу отходов.

— Но не думаю, что в ЖКХ копали настолько глубоко, — добавляет Анна Скриган. — Скорее всего, дело действительно в защите своей легкой промышленности от дешевых товаров из-за границы, товаров из секонд-хендов. Ни о какой экологии здесь речи не идет, и в плане защиты окружающей среды эта мера себя не оправдает.

А вообще одежда из секондов — это экологично, безопасно? Да, отвечает экспертка. Хотя вещи и обрабатываются спецсредствами, они безопасны для людей, одежду достаточно постирать и спокойно использовать дальше.

— Притом, например, одежда из новых синтетических материалов, тот же флис, представляет опасность для окружающей среды вне зависимости от того, новая это одежда или старая:

В любом случае такие вещи — это загрязнение микропластиком сточных вод, которые потом попадают в мировой океан. То есть, введете вы новый налог или нет — это никак не сделает одежду безопаснее, не спасет от отходов микропластика. И отсылка чиновников к пользе для окружающей среды с экологической точки зрения абсолютно бессмысленна.