«Начальник костюмерного цеха плакал, как ребенок. Он просто ходил, у него слезы текли, ревел» Киностудия имени Довженко – после российского удара. Что удалось спасти?

Ауслендер: «Теперь, похоже, проще заводскую котельную топить наличными, выйдет дешевле» Про последствия украинских ударов по российским НПЗ.

Фотофакт. Подземка – власти продолжают «напоминать» Немного о столичной атмосфере, которую не устают накалять и чиновники, и силовики.

Конвейер репрессий. Силовики разогнали участников выставки дрифт-автомобилей Хроника политического преследования 28 июня.

«Вермахт во многом был превосходен. Но «Барбаросса» была подготовлена отвратительно» Почему в 1941-м план немцев провалился.

Лукашенко после переговоров с Путиным за закрытыми дверями улетел в Азию К журналистам правители так и не вышли.

Бомбежки рейтинга. Как скажутся украинские удары на настроениях российского общества Вырастет ли недовольство?

Дневник войны, глава 310. «Россия горит! А у меня жарится попкорн!» Про едкую иронию, кухонные метафоры и креативный бизнес.

«Кремль совершенно точно не хочет делиться своим влиянием на Беларусь» Колумнист задается вопросом: кто подставил Максима Рыженкова?

Латушко: «Путин держит Лукашенко на крючке» О встрече правителей на Валдае.

Миллионы за жизнь. Сколько вербовщики предлагают за участие в войне Уехать из Беларуси на войну России против Украины проще, чем купить путёвку в санаторий.

Президент Сербии заявил об отставке и досрочных выборах Это заявление прозвучало на фоне продолжающихся уже полтора года антикоррупционных протестов.

Чернышев: «Нет, Беларусь не поможет» Про несколько последствий топливного кризиса в России.

«Сидели и по-стариковски плакали друг другу на президента Зеленского, который не уважает их седины» О трагедии престарелого гаранта.

Конвейер репрессий. Cтало известно, кого КГБ держал в заложниках по делу ксендза Околотовича. Предпринимателя из Гомеля осудили за «содействие экстремизму» Хроника политического преследования 27 июня.

Роднянский: «Кого на Западе интересуют жители Газы, протестующие не против Израиля, а убийц из ХАМАСа?» Про одну незамеченную акцию. И важное мирное соглашение, подписанное Ливаном.

Как изменились отношения Зеленского и Лукашенко: «Володя» превращается во Владимира Александровича

Привез предложение Зеленского? Лукашенко прообщался с Путиным «тет-а-тет» более четырех часов Одного дня не хватило. Зашли на второй раунд — в «расширенном составе».

Галлямов: «Лукашенко улавливает перемену ветра быстрее многих» Урок политического мастерства: как обратить проблему в успех.

Тышкевич: «На встрече вполне могли быть люди серьезные. И говорили не только о ретрансляторах» Врал ли Лукашенко про визит «представителей Зеленского»?

Почему высокопоставленные политики – менеджеры, а не властелины Рассказываем про европейский тренд на близость к народу.

Война, 27 июня. Состоялся обмен пленными. Украинские «Фламинго» поразили завод в Волгограде. Атака на Запорожье и Сумы, среди раненых — дети

«При всех хитросплетениях сюжета третья – остается самой реальной» Колумнист – про три пограничные реальности с ретрансляторами и без.

Катя Никанович: «Мегаважно из любого временного жилья сделать свой уютный дом» Дизайнерка – про письма дочери о дне, когда в Беларуси закончится шампанское.

Былы палкоўнік ГРУ Папоў стварыў фірму ў Польшчы і цёрся каля апазіцыі. Але падазрэнні выклікае не толькі ён Прагучалі імёны Балкунца і былога прэс-сакратара КДБ.

Казак: «Украинцы пытаются гарантировать свою безопасность в условиях непредсказуемого Лукашенко» «Его миролюбивая риторика исключительно ради безопасности своего двора».

Невзоров: Как выяснилось, Россия даже не «бензоколонка» «Обслуга кранов, шлангов, газоотделителей и насосов спятила».

Конвейер репрессий. Журналиста Кирилла Позняка и его дочь Янину наказали лишением свободы Хроника политического преследования 26 июня.

«Лукашенко боится, что Россия его не защитит. Он видит, что сейчас она не может защитить саму себя» Павел Латушко — об изменении риторики правителя.

Умер близкий соратник Путина и экс-глава его администрации Сергей Иванов Он поддерживал войну против Украины.